Все новости
Общество
8 Февраля 2020, 13:05

История одного письма

В 1977 году жительница д. Кужаново, тогда учительница местной школы Клара Абдуллина собирала материалы для деревенского музея. Что-то приносили ей односельчане, иногда она и сама ходила по домам. Клара Хатаповна и не помнит точно, кто подарил музею книгу, изданную еще в 19 веке на арабском языке, в которую было вложено это фронтовое письмо, адресованное в Кировскую область, Кочмакский (или Кочминский, написано неразборчиво) район, Кочниевский с/с, дер. Трубицыно, Глазыриной Анне Филипповне.

На конверте стоит номер полевой почты — 45398, есть имя отправителя — Федоренко Ив. (скорее всего, Иван). Имени героя послания не указано — только имя его матери.
Как это сообщение, адресованное маме солдата, жившей в далекой от Башкирии Кировской области, оказалось в доме жителя д. Кужаново Абзелиловского района Башкортостана, выяснить не удалось. Клара Хатаповна предполагает, что, возможно, книга со вложенным в нее фронтовым треугольником принадлежала Ракие Кустыбаевой, но ее уже нет, как нет и других тогдашних владельцев экспонатов, а значит, и спросить не у кого.
«В годы войны в нашей деревне жили эвакуированные из Ленинграда женщины. Их разместили в своих домах местные жительницы», — говорит ветеран-педагог. Может быть, кто-то из них был ленинградской родственницей Глазыриных, и именно у нее по каким-то причинам оказалось то самое письмо, которое она положила в книгу хозяйки дома, пока находилась в Кужаново? Однако это тоже лишь предположение.
Наша землячка рассказывает, что со временем она пыталась написать в Кировскую область, но ответа не получила. Когда Клара Хатаповна показала письмо нам, мы попробовали узнать хоть что-то через источники в Интернете, где можно найти какие-то сведения об участниках Великой Отечественной войны, например, сайты «Мемориал», «Память народа». Но открыв эти источники, моя коллега Римма Ниязгулова обнаружила в одном из них около шести тысяч фамилий Глазырин, в другом — полторы. Нашлось лишь одно пересечение — Глазырин Максим Степанович, о котором пишут, что он пропал без вести, а супругу его звали Анна Филипповна. Но по году рождения, как мы выяснили, он ненамного старше героя письма и не может быть его отцом. Если только были две Анны Филипповны с одинаковой фамилией в одном селе…
Римма решила набить в поисковике название района и сельского Совета, куда было адресовано послание с фронта. И сработало: он вывел на сайт «Родная Вятка», который выдал сведения о Глазырине Александре Григорьевиче. 1920 года рождения, появился на свет в с. Трубицыно, призван Кичминским райвоенкоматом, красноармеец, стрелок, в 1942 году был награжден медалью «За боевые заслуги». Погиб в бою 9 февраля 1944 года, захоронен в Гомельской области, Рогачевский район, д. Гадиловичи.
В 1939 году деревня Трубицыно входила в Кочневский сельсовет Кичминского района, в 1978 году — в Советский район Лошкаринского сельсовета. В 1989 году там проживали всего два человека, а вскоре этой деревни и вовсе не стало. Возможно, поэтому Клара Хатаповна и не дождалась ответа из Кировской области.
А теперь само письмо. Мы приводим его без правок, с той орфографией и пунктуацией, какая есть. Почерк красивый, но местами запись уже стерта, или бумага надорвана от ветхости:
«Привет с фронта!
Здравствуйте, мамаша сына Глазырина Анна Филиповна! Примите от нас, фронтовиков, боевых друзей вашего сына боевой красноармейский … (скорее всего, привет).
Анна Филиповна! Мы собрались после сегодняшнего боя, то есть 9 февраля. Мы вспом… вашего сына, который по геройски мужественно и бесстрашно уничтожал врагов, посягнувших на нашу землю.
Анна Филиповна! Ваш сын, наш боевой товарищ, прошедший с нами вместе в боях против немецких извергов, показал себя как преданный своему народу и оправдал ваши наказы.
Но сегодня, т.е. 9 февраля, мы грустим. Каждый из нас мстит за вашего сына проклятым гадам.
Анна Филиповна! Ваш сын погиб от вражеского снаряда в Гомельской области, с. Турак (возможно, Турок).
Мам (скорее, мать), гордись своим сыном. За проявленное геройство ваш сын награжден орденом Отечественной войны II степени.
Мать, не расстраивайся! Мы над могилой вашего сына поклялись уничтожить за его смерть сотни гитлеровских собак…».
Дальше есть еще несколько слов, но прочитать их невозможно — письмо в конце порвано. Можно разобрать подпись: «С приветом к вам Федоренко…».
Остаются, конечно, вопросы. «Родная Вятка» пишет о единственной награде бойца — медали «За боевые заслуги». А его сослуживцы ведут речь и об ордене Отечественной войны. Еще они пишут, что их товарищ погиб в с. Турак (Турок), а по данным «Родной Вятки», Глазырин похоронен в д. Гадиловичи. Возможно, эти населенные пункты находились рядом. Или, несмотря на много совпадений, это был другой Александр Глазырин?
А если отвлечься от вопросов, то, как и другим письмам с фронтов Великой Отечественной, в которых обычные бойцы вели свою незамысловатую и пронзительную летопись событий, цены нет этому хрупкому, невесомому солдатскому треугольнику, неисповедимыми путями оказавшемуся вложенным в одну из книг в д. Кужаново и найденному через много лет. Он вобрал в себя дыхание войны, боль и горечь утрат, ненависть бойцов к врагу и их искреннее желание поддержать неведомую им, но такую близкую, родную мать погибшего товарища. Бережно сохраненный нашей землячкой пожелтевший листок — словно еще один памятник всем, кто сложил голову, защищая свое Отечество, и он тоже может послужить сбережению исторической правды, о чем мы сегодня так часто вынуждены говорить...